«Он был великодушен как никто, широкая и великая была душа!»

А. Г. Рубинштейн

22 октября исполнилось 214 лет со дня рождения выдающегося австро-венгерского пианиста, композитора, дирижера и педагога, одного из ярчайших представителей музыкального романтизма — Ференца Листа.

Ференц Лист был большим другом и поклонником русской музыкальной культуры, высоко ценил её национальный колорит и самобытность. Он способствовал популяризации русской музыки в Европе, исполняя произведения русских композиторов и их учеников.

Композитору посчастливилось трижды побывать в России. В концертных турне Лист блистал, выступая в Москве, Санкт-Петербурге и других городах, покоряя слушателей своим виртуозным мастерством. График выступлений Листа был поистине титаническим: он давал публичные концерты, выступал с благотворительными целями, музицировал в аристократических салонах. Его концерты пользовались оглушительным успехом. Для русской публики всё было удивительно в композиторе: от оригинального внешнего вида артиста до экспрессивного исполнения музыки на фортепиано. Лист играл всем «телом». Он сопровождал исполнение активной мимикой, высоко поднимал руки и «бросал» их на клавиши, раскачиваясь, запрокидывая голову, отбрасывая волосы назад.

Визиты в Россию были наполнены не только многочисленными концертами, но и знакомством и сближением со многими русскими музыкантами. Лист глубоким восхищением относился к творчеству Глинки, и судьба подарила ему возможность личного знакомства с Михаилом Ивановичем. Их часто видели вместе в домах петербургской интеллигенции и знати.

Особое впечатление на Листа произвела опера русского композитора  «Руслан и Людмила». После ее просмотра в Большом театре Лист на всю жизнь остался он почитателем Глинки. Вдохновлённый музыкой оперы, он создал фортепианную транскрипцию марша Черномора и исполнял ее на своих концертах.

Аудио Марша Черномора

Не менее знаменита и фортепианная транскрипция алябьевского «Соловья», в которой Лист сумел уловить и передать красоту русского романса.

Аудио Соловья

Пленившись мелодичностью русских песен и романсов, звучавших в аристократических салонах, Лист создал фортепианные переложения не только «Соловья», но и произведений Даргомыжского, Чайковского, а также русских народных песен, открывая их новые грани в звучании фортепиано.

 

Традиции, заложенные Ференцем Листом в области создания фортепианных транскрипций, получили развитие в творчестве Милия  Балакирева и  Сергея Рахманинова.

Ференц Лист был знаком с композиторами «Могучей кучки»: Мусоргским, Бородиным, Римским-Корсаковым, Балакиревым. Каждое их новое творение вызывало в нем живой отклик. «У Вас, живая жизненная струя; у Вас будущность»... Эта цитата принадлежит венгерскому композитору, который обратился к Александру Бородину в письме с восхищением его творчеством и русской музыкой в целом, сравнивая её с «мертвечиной» европейской, где, по его мнению, не было «живой жизненной струи» и «будущности». «Кучкисты» же видели в Листе вождя в борьбе за прогресс в музыке. Его общение с композиторами «Могучей кучки» во многом повлияло на формирование русской национальной фортепианной и композиторской школы. Очень любил Лист фантазию «Исламей» Балакирева и рекомендовал ее для изучения своим лучшим ученикам. Лист знакомил европейского слушателя с лучшими сочинениями композиторов Новой русской музыкальной школы - «Могучей кучки».

С неподдельным восторгом венгерский маэстро следил за восхождением русских пианистических звезд - Антона и Николая Рубинштейнов, которые заложили основы отечественного музыкального образования.

Был знаком Лист  и с двумя молодыми музыкантами, которые впоследствии стали выдающимися общественными деятелями и музыкальными критиками – Владимиром Стасовым и композитором Александром Серовым. Они длительное время состояли в переписке, а в дальнейшем встречались с Листом в Европе. Стасов, является автором ряда статей о Листе и очерка «Лист, Шуман и Берлиоз в России».

Аудио Грезы любви

Практически у каждого крупного русского композитора в 19 века есть своя история отношений с Листом и листовским творчеством. Можно связать имя Листа с именем Кюи, который тоже о нем писал, с именами Лароша, и с именем Глазунова.

Ференц Лист был знаком не только с русскими музыкантами. Он общался с Иваном Тургеневым и Алексеем Толстым. Лист лично поставил в Веймаре трагедию Толстого «Смерть Ивана Грозного».